Пасха на сломе эпох: как в Шахтах отмечали праздник до и после революции

 

В России до наступления атеистических времён главным праздником в году была Пасха. Так было на протяжении многих веков, но на сломе эпох традиции начинали меняться. Как это происходило, можно проследить на примере нашего города.

Для души и живота

Пасха начиналась в последние дни Страстной седмицы (четверг, пятница, суббота). В эти дни шла активная подготовка к главному событию – самому Воскресению Христову. В четверг, прозванный в народе «чистым» завершалась уборка в жилище, готовились куличи и красились яйца. В пятницу, самый скорбный день, православные вспоминали страдания Спасителя и постились. В субботу настраивались на праздник, молились и приносили продукты в храм для освящения. 
После полунощницы и крестного хода под колокольный звон в полночь начиналась пасхальная утреня. Во время этой службы впервые звучало «Христос воскресе! Воистину воскресе!», после чего начиналось христосование – троекратный поцелуй и обмен поздравлениями. И далее весь день, начиная с пасхальной ночи, было принято со знакомыми и незнакомыми людьми христосоваться и дарить друг другу пасхальные яйца — символ жизни и воскресения. 
По возвращении из храма спешили за праздничный стол, в изобилии заставленный едой. 
Грушевцы готовились к Пасхе основательно. Так, в магазин Мясникова, располагавшийся на Большой улице (ныне ул. Советская) в доме Фетисова, специально к предстоящему празднику были завезены в большом количестве свежие продукты: литовские окорока, колбасы всевозможных сортов завода А.В. Лозе, сыры швейцарские и русские, масло сливочное и топлёное, пасхальная мука (пшеничная тонкого помола), а также другие гастрономические, рыбные, бакалейные, кондитерские и колониальные товары. Из напитков: ром, коньяк, настойки, наливки, вина иностранные, крымские, кавказские и собственного виноделия. Цены объявлялись умеренными и были обещаны праздничные скидки.   
Наступление Пасхи означало окончание долгого поста, и люди, с достатком, буквально объедались мясом, рыбой, птицей, овощными закусками, холодцом, пирожными и пряниками. Однако главными на столе все же были особые пасхальные блюда. Помимо яиц это были кулич и пасха.
Кулич – сдобное хлебное изделие. Пасха – творожное блюдо, которое обычно готовилось с использованием специальной деревянной формы в виде усеченной пирамидки – пасочницы, изображавшей Гроб Господень, на внутренней стороне которой вырезались буквы «ХВ». Куличи и пасхи заготавливали в большом количестве, чтобы хватило на всю семью и осталось для угощения гостям. 

Визиты и подарки

После воскресного дня праздник не прекращался. Вся последующая неделя считалась пасхальной. Над городом непрерывно раздавался колокольный звон. 
Дело в том, что существовала традиция: во время Светлой седмицы все желающие могли взобраться на колокольню и побить в колокола. Это являлось одним из самых популярных пасхальных развлечений, особенно среди молодежи.
Было принято ходить в гости, как в то время говорили культурные люди, «наносить визиты». С пустыми руками в гости не ходили. Помимо заготовленных заранее куличей, пасок и крашеных яиц было принято дарить сувениры – всё те же яйца, но выполненные из разных материалов (костяные, каменные, деревянные, стеклянные), появилось даже направление в ювелирном искусстве, когда яйца выполнялись из благородных металлов, инкрустировались драгоценными камнями, а иногда были с музыкальным сюрпризом. Особая популярность таких пасхальных подарков пришлась на конец XIX - начало XX веков. 

Для полного счастья

Незадолго до Октябрьской революции общество осознало, что человек не может быть вполне счастлив, пока его ближние страдают. Поэтому в 1910-х гг. стало популярным заменять походы в гости с симпатичными и дорогими безделушками на пожертвования в пользу обездоленных. 
110 лет назад через объявление в Александровск-Грушевской маленькой газете прозвучал такой призыв: «Полицмейстер города Александровска-Грушевского Донской области, имея в виду, что жители многих губерний дорогой нам родины страдают от голода и, желая прийти на помощь страждущим, приглашает граждан города в предстоящие праздники «Светлой Пасхи», вместо обычных визитов по домам, пожаловать в здание Клуба к часу дня 25 сего марта для взаимных поздравлений и вместе с тем вспомнить о голодных, добровольно пожертвовать в пользу несчастливцев. Этим исполним нравственный долг человека». 
В последующие годы полицмейстер также призывал к благотворительности. Имена откликнувшихся на его призыв печатали в газете. В 1912 году благородство проявили более 30 человек. Таким образом было собрано 182 рубля. 
В основном горожане жертвовали от 1 до 10 рублей, а церковный староста Петропавловского собора, личный почётный гражданин, купец Егор Егорович Семёнов – 25 рулей. Деньги были отправлены в донской областной отдел Красного Креста в пользу голодающих.  
Любопытно, что пасхальный номер газеты всегда выходил не в воскресенье, как обычные выпуски, а по четвергам.
После Пасхи возобновлялись привычные горожанам развлечения, недоступные во время Страстной недели. В анонсе Зимнего электро-театра «Клуб» значилась «роскошная программа» во главе которой стояла кинокартина «Прелестная босоножка Саида», а также «Красоты Пиренеев» и «Гениальный Вовочка. Весёлый квартет».
Обычно после Пасхи устанавливалась хорошая, тёплая погода и в городском саду начинались гуляния и танцы.

 

Лубок и Палестина

В конце XIX века большое распространение получили открытые письма – открытки. Благодаря обычаю посылать на Пасху поздравительные карточки родным или близким, во многих семьях сохранились образцы с самыми разными сюжетами, героями которых, как правило, выступали дети. Такие открытки отличаются яркими, почти лубочными изображениями. Полной их противоположностью были открытки Императорского православного палестинского общества, также очень популярные в своё время. На них были изображения библейских мест и сюжетов. Такие открытки привозили из паломнических поездок, а также бесплатно раздавали на тематических христианских чтениях, которые проводились во многих российских городах, в том числе и в Александровске-Грушевском. 

 

Пасха глазами грушевцев

В 1913 году на страницах «Александровск-Грушевской маленькой газеты» была опубликована история путешествия в Иерусалим на Пасху некой А. Корольковой. Приютило нашу паломницу русское подворье Палестинского общества. 
«В Страстную субботу на улицах Иерусалима было многолюдно: местные жители, арабы, бедуины и даже мусульмане живым потоком заполняли узкие улочки древнего города. Все спешили не пропустить великой «Субботы Мессии, когда огонь Его божества освещает всех верующих и неверующих», – писала жительница нашего города, которой посчастливилось воочию наблюдать сошествие Благодатного огня. 
Прошло немного времени и ещё не чуя, как над церковью сгущаются тучи, в 1921 году другой горожанин – В. Саломатин — написал стихотворение, которое опубликовали в газете «Красный Шахтёр» в праздничном номере, вышедшем 1 мая, совпавшим с Пасхой.

«Христос Воскрес!» несутся всюду звуки,
«Христос Воскрес!» звучат колокола,
И радостны сердца, во взорах прежней муки
Теперь уж нет, и нет на сердце зла.
Я помню, точно так с небес лучи сияли,
И точно так был зов колоколов.
Но только не «Воскрес» слова тогда звучали,
Был слышен свист плетей и крики бранных слов.

«Руби!», «Стреляй!» тогда носились звуки:
Давя народ, жандармов мчался строй,
И не один палач в крови рабочих руки
Омыл тогда, кошмарной той весной!..

Опять весна… «Воистине Воскресе!»
Торжественно поёт, работая, соха.
«Воистину Воскрес!» – как эхо в тёмном лесе,
Ей вторят с топором кузнечные меха.

Автор Александра ЗАЙЦЕВА

WhatsApp logo Отправить новость в редакцию WhatsApp 89281804304

Читайте также

Оставить комментарий


Яндекс.Метрика