«Господи, дай выйти живым»: история шахтинского ликвидатора аварии на Чернобыле

В этом году, 26 апреля исполняется 40 лет со дня аварии на Чернобыльской атомной электростанции - крупнейшей техногенной катастрофы в истории человечества. К годовщине аварии на ЧАЭС в Шахтах осталось порядка 80 ликвидаторов. В 1986 году их было более пятисот. Тогда, совсем еще юных срочников и более взрослых запасников призвали защитить весь мир от радиации, вырвавшейся на свободу при взрыве реактора на атомной электростанции. Эта миссия стоила им десятков лет жизни, здоровья, трудоспособности, счастья стать родителями… О своем подвиге и жизни после него, шахтинские ликвидаторы рассказали корреспонденту «К вашим услугам». Первой публикуем статью о Михаиле Абнизове, председателе шахтинского отделения общественной организации "Союз Чернобыль".

Михаил Абнизов: «Господи, если ты есть, дай живым выйти»

Когда произошла авария, 19-летний Михаил служил в строительном батальоне на Украине. Их часть была подчинена министерству среднего машиностроения, занимающегося ядерной энергетикой.

В 20-х числах мая он с товарищами отправился в зону отчуждения. 

Новобранцев привезли в чистое поле. Дозиметристы вышли первыми и обнаружили, что трава заражена радиацией. Палаточный городок начали обустраивать только после того как бульдозер убрал растительность и верхний слой земли. 

Первое время Михаил работал дозиметристом. Его наскоро обучили пользоваться прибором, надели химзащиту (противогаз и прорезиненный комбинезон)и отправили в зону. Уровень зараженности необходимо было записывать на распечатанной карте. Смена длилась три-четыре часа.
Перед выходом давали по 100 грамм водки. Тогда еще было мнение, что спирт помогает выводить радиацию из организма или даже защищает от нее.

Срочники находились в зоне по полгода, наш герой с мая по декабрь. После короткого периода работы дозиметристом, его перевели на строительство бетонно-растворного узла. Он находился в 30-километровой, опасной зоне. После этого Михаила направили на более дальние работы. Он трудился на складе, выдавая одежду вновь прибывшим.

По окончании полугода в Чернобыле солдат интересовал вопрос: сколько за это время они набрали рентген? Им ответили: всё будет в личном деле. Но информации там не оказалось, и Михаил до сих пор не знает какую степень облучения получил.

Последствия для здоровья проявились весной 1987 года. Слабость, головные боли, головокружение. Пришлось брать академический отпуск в институте. Но жизнь не остановилась и пришлось привыкать к этому состоянию. Когда становилось хуже мужчину отправляли в больницу. К настоящему времени шахтинец перенёс несколько инфарктов, в его сердце стоят четыре стента, поддерживающих кровоток.

Михаил Абнизов женат, но общих детей с супругой завести не получилось. Повлияло ли на это пребывание в Чернобыле - неизвестно, но очень вероятно.

Истории других шахтинских ликвидаторов читайте в следующих статьях.