Преступления и наказания: как казаки Донского края вершили правосудие

 

Донцы пенные и добрые

На Дон, как известно, бежали от помещиков-самодуров и тяжёлой жизни крепостные крестьяне. Потому что знали – «с Дона выдачи нет».

Казаки считали себя вольными людьми, на которых вплоть до конца XVII века не распространялась юрисдикция России. Однако, это не означало, что у казаков не было своих законов. Законы были, и порой гораздо суровее, чем в Российской Империи. У казаков существовало особое право. Судить преступника могли на войсковом или станичном кругу. 

Существовал такой термин как «пеня», означающий «наказание», а казаки, заслужившие его, назывались «пенными».

Пеня могла распространяться как на отдельных казаков, так и на целые казачьи городки. Если проступок был не очень тяжким, то наказание, как правило, было скорым и щадящим. После чего наказуемые не ограничивались в правах.

Рецидивисты же, повторившие проступки через непродолжительное время, признавались «бесчестными», и подвергались более суровым наказаниям.

Пенные казаки лишались должностей и чинов, им запрещалось приезжать в казачью столицу, чтобы не попадаться «на глаза к добрым донцам». Они не имели права участвовать в казачьем  круге, не мобилизовались в походное войско (иногда делались исключения), не получали жалованья, не имели права на «суд и расправу, и их всяк мог безнаказанно бить и грабить».

Восстановить своё доброе имя и погасить пеню можно было совершив какой-то хороший выдающийся поступок, если, конечно, это не исключалось в обвинительном приговоре войскового круга. Дело в том, что некоторые приговоры содержали такую приписку: «век бить и грабить, и суда им не будет, и впредь в таковой нашей войсковой пени милости не просите».

Наиболее суровой разновидностью войсковой пени была так называемая «войсковая сабля». Казаки не желали марать своё оружие кровью приговорённого к смерти преступника и для этих целей существовало специальное оружие. Кроме этого, войсковой саблей могли не убить, а побить, орудуя не острой, а плоской стороной.

Каюк!

Смерть могла быть лёгкой или мучительной — это зависело от тяжести преступления. Самыми тяжкими преступлениями считались те, что были совершены против войска и носили «общественный вред». Такие дела рассматривались не на станичном кругу, а на войсковом.

Как правило, преступников на суд доставляли по воде в лодках (каюках). Слово «каюк» пришло в казачий лексикон от турок. Выражение: «Ну, всё, тебе каюк!» появилось как раз в те времена и дожило да наших дней.

Смертная казнь путём разрывания конной тягой была заимствована из «степного права» и применялась к калмыкам, которые, как известно, были частью войска донского. Также с помощью лошади, «злодея» могли таскать по земле привязанным на верёвке.

Приговорить к смерти могли за ошибки во время военного похода, в результате которых погибло много казаков, за трусость, за измену присяге.

Если казак отказывался от православия, принимал другую веру и при этом поджигал храмы или монашеские скиты, призывал делать то же самое своих товарищей, то также карался смертью.

Казнили бунтовщиков, не подчинившихся решению войскового круга. Так в своё время поступили с казаками, оказавшимися идти со всеми в поход на Азов. Смертью каралось также мужеложство, скотоложство, умышленное убийство, разбой, конокрадство, воровство. Казнить могли и за оскорбительные слова, сказанные в адрес казаков. За такие речи был посечён саблями и утоплен в Дону русский дворянин Иван Карамышев, который сопровождал послов царя в Азов. Карамышев неосмотрительно высказался в том роде, что «всех казаков надо резать и бить кнутами, а города – сжигать».

В куль, да в воду…

Стоит отметить, что смертные приговоры с пролитием крови применялись относительно нечасто, и в большинстве случаев по отношению к инородцам. Своих чаще всего топили, называлось это: «в куль, да в воду потопление». На осуждённого к смерти таким образом надевали мешок, наполненный песком и камнями, опускали на верёвке в воду и держали до тех пор, пока он не задыхался. Позже тело для погребения могли забрать родственники или товарищи. Если смертника некому было хоронить или от него отказывались родственники, то топили по-другому. Преступника связывали, накидывали за шиворот камней и песка и бросали в реку.

Утопление было удобным способом казни. Во-первых, удавалось избежать междоусобного кровопролития, а во-вторых, казаки много времени проводили на воде. Это гораздо позже казаки стали ассоциироваться с лихими наездниками. Первые казаки передвигались на небольших лёгких судах и были эдакими речными пиратами.

На фото: Картина В.И. Сурикова «Казаки в лодке».

С помощью воды не только умерщвляли. Кроме «утопления», существовало ещё «подтопление». Это когда отягощённого песком и камнями провинившегося сажали в воду на время, но не давали утонуть. К воде имеет отношение и наказание с помощью якоря. К большому речному якорю преступников привязывали как к позорному столбу. Могли высечь, а бывало, что и вешали.

Самыми распространёнными наказаниями были: общественные порицания, арест, отработка, порка, заковывание в кандалы, в колодки, конфискация имущества и даже продажа в рабство.

 Гуманный суд

 Позже на казачье право оказало влияние российское законодательство, внеся гуманизм. Если в XVI-XVII столетиях смертная казнь грозила не только за тяжкие злодеяния, но и за проступки, то в XIX веке являлась скорее редкой мерой наказания.

«Станичная пеня» предусматривала переселение отступников казачьих законов в другую местность, например, в пустынные степи. В середине позапрошлого века казачье общество могло ходатайствовать в Областное правление о высылке порочных лиц в Сибирь. Это наказание в первую очередь касалось воров, причём не только казаков, но и представителей других сословий, но проживающих в казачьих станицах.

Думать, что казаки были непомерно жестоки и кровожадны, неверно. При вынесении приговора казаки старались учитывать все обстоятельства дел и часто находили их смягчающими. К ним относились: «незнание» и «малолетство», «отсутствие злого умысла», а также «действия в интересах казаков и веры».

Например, главарям банды «Водолазов» из-за малолетства (никто из них не достиг совершеннолетия) был вынесен слишком мягкий приговор. Головорезов, погубивших не один десяток людей, всего лишь сослали в места не столь отдалённые, откуда они вскоре сбежали.

Другой пример — шахтёр Поздняков из Александровска-Грушевского, забивший камнем своего коллегу из-за украденного куска мяса. Ему присудили всего лишь три года арестантских работ. А всё потому, что удалось убедить суд в том, что Поздняков действовал не умышленно, а вследствие неких автоматизмов, проявляющихся время от времени из-за хронического алкоголизма. Мягкость наказания нередко вызывала желание самим расправиться со злодеем. Самосуд не приветствовался, но и устроивших его часто оправдывали тем, что убитый или увечный в результате самосуда «сам виноват».

На фото: Казачий круг, на котором решались все важные общественные вопросы.

Врезка:

Казачий круг – высший орган самоуправления. На нём решались вопросы военного, экономического, административного, общественно-политического, юридического, социально-бытового и другого характера.

Круг проходил на площади (майдане), в котором участвовали выборные казаки (делегаты от казачьих объединений).

Войсковой круг состоял из представителей всех станиц округа. Высшим считался круг валовой, куда собирались представители всего народа.

С 1723 года на Дону валовые круги были запрещены, атамана стал назначать царь, и такие атаманы именовались «наказными», но продолжали существовать полковые, станичные и хуторские круги, которые стали называться «сходы». Они действовали до 1917 года.

На главном фото: Казаки слыли лихими наездниками.

Подготовила Александра ЗАЙЦЕВА в рамках проекта «Донской край — регион возможностей» 

WhatsApp logo Отправить новость в редакцию WhatsApp 89281804304

Читайте также

Оставить комментарий


Яндекс.Метрика